Время Люпера - Cтатьи на русском - Articles - .:Caroline Dhavernas Online:.

Wednesday, 2017-03-01, 11:08 PM Welcome guest

Articles

Main » Articles » Cтатьи на русском

Время Люпера
Питер Гринавей. У какого же русского... итд? Нет, все-таки, у какого же русского, а хоть бы и не русского, не возникает особо придирчивое отношение к этому забияке, который эпатирует, но попадает в какие-то художественно-эрогенные зоны зрителя и доводит до. Так что его мерзости не вытесняются, а напротив того, закладываются в основание киновкуса.

Начиная с "Подподушечной книги" окружающей меня публике стало казаться, что с маэстро что-то не так. Не совсем кино он какое-то затеял, а, скорее, пардон, "мультимедию". Это, кажется, то, чем балуются подростки на компьютерах. А кинотеатр переживаний остался в "Поваре-Воре". И вот болезнь перешла в открытую фазу. В Чикаго привезена первая часть огромного проекта "Tulse Luper. Moab story". Ее показали дважды. Сперва в старом, обаятельном, и не особенно подходящем Гринавею "Music Box" с плюшевыми креслами, пологим подьемом зала и какой-то неправильной геометрией между экраном и проектором; второй раз в одном из больших залов бывшего нового "Landmark Theatre".

Опасаясь, что билеты на первый показ будут распроданы, я поехал днем за билетом для жены. Путь пролегал мимо Cubs Stadium. Вечером Кабс играли с Флоридой за право играть в World Series. Уже в 6 часов страшные толпы собирались в окрестностях стадиона. Я ожидал чего-то подобного поздно вечером у кино. В действительности, пришло человек сто пятьдесят, не больше. Нас мало, господа, никогда не стоит забывать об этом. В жидкой очереди у дверей мы нашли друзей, потом в зале столкнулись еще с десятком. Мне рассказали, что критики не особенно довольны фильмом - кусочки хороши, а так нет. "Но все равно интересно".

В фойе Майкл Вилмингтон из Чикаго Трибюн покупал кофе высокому человеку с лицом и выговором бреющегося англичанина. Кажется, я уже видел его в Pillow Book, тогда про него было сказано, что это сам Питер. Сниму, пока не поздно, если не он, сотру. Все-таки странно, странно, странно, когда мифологические, или культовые фигуры материализуются. Представить Нельсона сходящим с колонны на Трафальгарской площади, или Кромвеля покидающего картину, запечатлевшей его бдение у гроба короля Чарльза, попить в буфете плохого кофе.

Перед картиной, во вступительном слове Майкл Вилмингтон, которого я несколько раз слышал и полюбил - у него ухватки постаревшего хулигана и яркое, живое чувство к кино: предваряя годаровскую "Банду негодяев", он заходился и хрипел - пригласил нас разделить его убеждение, что Гринавей - явление покинувшее рамки целлулоида. Гений типа. Потом пригласил гения сказать напутствие.

Гений вышел и огорошил с первых слов вменяемостью, светскостью и ораторским даром. Экономно жестикулируя, без пауз, он произнес полуимпровизированную речь. В ней, кроме шуток, которым по-английски сам не смеялся, он сказал, что кинематограф умер 31(!) сентября 1983-го года с изобретеньем телевизионого ремот-контроля, и на его трупе, он, создает новое медийное искусство; что человек обычно использует 2/5 своего мозга, своим фильмом он хочет задать работу и остальным нашим 3/5. "Наслаждайтесь".

Потом было два с лишком часа видеоэпизодов с встроенными окошками комментаторов, с фоном из документальных кадров, с мозаикой из рассинхронизированных фрагментов общего действия. Очень большая нагрузка; к концу я посматривал на часы - сколько осталось этой китайской пытки? Тем более, я не особенно что и понял. Мешало мелькание планов и отвлекали французские субтитры, которые я по какой-то непонятной привычке стал читать, пропуская вполне понятный - хотя и нетривиальный из-за многослойности - текст, диалог и комментарий. Еще была графика, основанная на текстовом представлении ряда диалогов, это тоже занимало примерно 1/5 мозга - гений не шутил.

По окончании ПГ вышел отвечать на вопросы. Каждый вопрос он использовал как трамплин для довольно обширной речи. Я не мог не вспомнить великих злых ораторов прошлого, в первую очередь Гитлера - в затемненном зале, на фоне кроваво-красного присборенного занавеса, силуэт Гринавея, его колючий нос на плоском лице, конвульсивно, в такт речи, сжимающийся кулак, маниакальная уверенность в себе и в своих сверхчеловеческих планах, вызвали у меня этот образ.

Профессор Вольперт: На что был похож сценарий?
ПГ: Все знают, что кино никогда не делается по скрипту. Перед началом сьемок он отправляется в мусорную корзину. Скрипт нужен для продюсера: если принести к нему пару картинок, три странички диалога и чертеж на обороте сигаретной пачки, он не даст денег. Хотя это все, что нужно. Скрипт - это дань визуальной безграмотности. Сценарий Лупера насчитывал 3000 страниц, кажется продюсер так и не дочитал его до конца.

Критик Розенбаум: Вы говорите, что зрителю в идеале будет дана возможность перемонтировать Ваши фильмы, точнее, кликая на линки гипертекста, изменять наррацию. На мой взгляд это перекликается с компьютерной концепцией Open Source. Как в этом случае будет регулироваться вопрос копирайта?
ПГ (не совсем поняв вопрос): Над фильмом работают сотни сотрудников, это плод коллективных усилий.

Неизвестная: Привычная нарративная структура фильма связана с концепцией линейного времени. Как изменяется концепция времени в Вашем кино?
ПГ: Кино вообще удивительно плохо приспособлено к нарративным функциям. Вот взять фразу: Девушка открыла окно. Кино обязательно подсунет нам платье девушки, облако за окном. Что касается времени, новое кино в состоянии преодолеть ограничения старой медии. Как показать людей, разговаривающих по телефону: В старом кино - на разделенном экране. В новом я могу не ограничиваться этим. Я могу одновременно показывать прошлое, настоящее и будущее. Я могу одновременно показать комнату и улицу, поступок героя и его внутренности. Кроме того, зритель полностью интерактивного кино сможет завести собственное древовидное время по своему вкусу, кликая на линки, ответвляясь, возвращаясь - так, как делает роющийся в интернете.

(Вся история Тулза Лупера организована через перечень его чемоданов, напиханных всяким забавным барахлом - игрушками, лягушками, фотками - об этом речь ниже. Здесь упоминаю это, иначе не будет ясно, что за чемоданы.)

Критик Гуревич: А будет ли чемодан с хорошим кино?
ПГ (оживляясь и смеясь) That's about a question! Помните, 18-й чемодан содержит "потерянные фильмы Лупера"? Если бы зритель мог ответвиться, на что мы рассчитываем в скором будущем, Вы могли бы просмотреть эти фильмы, возможно найдя некоторые из них себе по вкусу.
КГ(хищно): Но что должно побудить нас рыться в них?
ПГ: ...
ни я ни Гуревич не помним ответа; думается, это потому, что вопрос был риторический - указание на то, что спрашивающий не нашел в фильме ничего, что заставило бы его задержаться у экрана. Миша думает, что ПГ сказал про естественное любопытство синефила.

*

В общем, впечатление осталось гнетущее. Неумолимо активный шарлатан, заталкивающий мне в мозг ненужную, привлекательную ему одному идею, которую он не смог подкрепить соблазнительным продуктом. Выйдя из зала, мы еще успели переброситься с Гуревичем парой слов, сводящихся к тому, что как бы там ни было, хоть тонну красивых картинок навороти, а не приросло ничего большего, чем механическая сумма от их соединения.

Позже, просматривая критику, я наткнулся на рейтинги и краткие ревю, привезенные из Торонто симпатичным правоконсервативным (нравится слово?) критиком Виктором (cinecon.blogspot.com). Для проверки его неврологических реакций: Les Temps du Loup - 8; Dogville - 9. Shattered Glass - 7. Вроде созвучно. Он поставил Луперу 0, единственному из 40 просмотренных фильмов.

В качестве курьеза: он удостоил Talking Picture - его рейтинг 4 - заметки; в ней он пишет: Я никак не могу остановиться на одном из двух прочтений. Одно: Самодовольный, напыщенный видео-путеводитель по Европе. Другое: Блестящая пародия на самодовольные, напыщенные евро-путеводители. Это гораздо интересней моего отзыва, в котором я вообще не рассмотрел второго варианта, отказав древнему Оливейре в остатках ума. Так-то я отношусь к старичкам.

Наутро я стал смотреть на происшедшее слегка по-другому.

Во-первых, я согласен с Гринавеем в основном тезисе, что новое сознание, новый стиль восприятия визуальной информации изменились. Странно цепляться за архаичные формы, основанных на определенной технологии, которой сто лет в обед.

Во-вторых, я вспомнил свое основное сомнение и главный козырь, который Гринавей не разыграл, потому что дискуссия не набрала достаточно агрессивного градуса: Ведь на его новое мы смотрим своими старыми глазами.

В-третьих, дело не только в "Тулзе Лупере", а в векторе развития. Еще в зале я вспоминал (1/5 мозга занята околокиношными рассчетами) о смешных и неоправдавшихся прогнозах относительно паровых машин, компьютеров, космических полетов и прочих "новшеств". Чем, кроме чутья, нужно обладать, чтобы воспринять новое, для которого еще нет убедительных образцов?

В-четвертых, я ведь не могу сказать, что по-настоящему понял фильм. Плох он, или хорош, его ткань слишком богата и не поддалась моментальному считыванию. Значит я не вполне вправе оценить ее достоинства.

В-пятых, Гринавей не раз поражал меня в прошлом; в какой-то мере, как я уже сказал, он стал для меня мерилом в интеллектуальной кинематографии; для чего же не дать второго шанса владыке моих умов?

И с этим я отправился на такой же поздний сеанс в Лэндмарк. Я решил, что уже знаю правила игры и буду их соблюдать. Надо игнорировать французские титры, надо поместить комментаторов в сообразный их важности канал внимания... словом, структурировать, работать над материалом. У меня даже появилась рабочая метафора, которая поможет мне в этом структурировании: традиционное кино - автомобиль с автоматической трансмиссией; "Тулз Лупер' - с ручной. Для тех, кто водил и тот и другой, метафора очевидна.

По иронии судьбы, в машине я услышал по радио, что первая постановка Кармен была оглушительным провалом.

*

Ужас в том, что Питер снова был "под рукой". А я, не расчитывая на это, не взял ничего звукозаписывающего. А то бы мы имели его часовую лекцию о его видении кино, его истории, его будущего. Захватывающе интересно. Итак, фильм.

ПГ сказал и в первый и во второй раз, что фильм нужно смотреть повторно. "Музыка раскрывается не с первого прослушивания, поэзия требует труда от читателя". Чем тут возразишь? Только словами Ленина о том, что "Важнейшим искусством для нас..." Пролетариату навряд ли нужно прозведение, не поддающееся с первого раза. Простота, собственно, и есть идеальная структурированность, при котором воспринимающий точно знает (собственно, и знать не нужно), где первостепенное (первый план), где побочное (фон), где комментарий, где автор, где герой. Это дает нам газетную однозначность и моментальность считывания. Над более сложными структурами - более жизнеподобными, я бы сказал, приходится работать зрителю.

Я думаю, что на этот раз я понял почти все. Далее, зная общий план фильма, я начал уяснять значения эпизодов, которые раньше казались немотивированными, чисто декоративными. Далее, когда стало получаться, я успокоился и начал получать удовольствие. Я совладал со сцеплением, газом и переключением передач. Можно было наслаждаться пейзажем. Больше не осталось сомнений в том, что меня не нужно будет понукать, когда возникнет возможность всласть порыться в чемоданах - в том, что с монетами, что с фотографиями, что с духами, спиртным, игрушками, ...

Я оценил напряжение игрового сознания, подключенное к кадру: в первый раз я пропустил важное заявление, отпущенное одним из комментаторов: Лупер поставил своей целью стать образцовым заключенным, неволя должна стать для него видом искусства. Ага, так вот чем занимаются Лупер с партнерами в одной за другой сцене заточения, ареста, избиения. Стала поддаваться затея этого "плутовского романа", где плут, как и все мы, проводит жизнь под замком, пусть пересекая Атлантику и государственные границы.

Несколько освоившись с идеологией, стоило обратить внимание на "качество", гринавеевский язык подачи кинотекста. Постоянное мерцание от обыденных жестов и интонаций к сюрреалистическим провокациям: охлажденной, порнографической эротике, преувеличенному, несоразмерному насилию. Весь набор излюбленных Гринавеевских идей-фикс: секс, насилие, телесность (в том числе, уродство; выделения - кровь, слезы, пот), еда, числа... Составив этот перечень, я обнаружил, что похожий составлял, записывая отчет об "Отелло" Някрошуса. Это неожиданное, и, может быть, тем более провидческое сближение.

Если я хоть сколько-нибудь заинтриговал тебя, ты обязательно полезешь по одной из ссылок внизу и сам познакомишься с проектом. Это именно то, что нужно Гринавею. Его идея: "Not from film/site to the T-shirt, but other way around: From T-shirt to the project." Надо иметь в виду, что футболкой, которая нормально служит мерчендайзом, сопровождающим основную продукцию, здесь служит сам фильм, таким образом ставший только одной, даже не самой значительной деталью, почти отбросом, всей продукции, которая есть Проект: Фильмы, интерактивные DVD, веб-сайты, книги, выставки.

*

Сверхсюжет.

Биография автора и биграфия века вписывается в планетарную интригу вокруг нахождения Урана (U - атомное число 92) и охватывает период с 1928 по 1989 годы. До падения Стены и от открытия Урана

Сюжет.

Англичанин по имени Тулз Лупер попадает в пустыню Моаб, штат Юта, где впоследствие будет найдено урановое месторождение. Там завязывается клубок интриг с американо-фашистами и прочими, который потом катится по Европе, обрастая новыми персонажами.

Категоризация.

Хоть линейное время, невзирая на декларативную ненависть автора, уцелело - хронология, по большому счету, сохранена, - вехами нарратива стали чемоданы, наполненные сообразно соотвествующему витку похождений героя. Идея Гринавея - это никого из нас не застанет врасплох - в том, что главным средством категоризации Западной цивилизации, включающей и хронологию, является список. Он напомнил о "Drowned by numbers" (числа), "H for House" (алфавит); Я вспоминаю еще "Утопленников в Сене", "Pillow Book". В "Поваре-Воре" не сразу понятно, где списки. Однако там они тоже представлены: Кухонная утварь, книги, снедь.

В "Тулзе Лупере" списки присутствуют на нескольких уровнях: Содержимое каждого чемодана, сами чемоданы, страны, луперовы злоключения, ритуально, а стало быть перечислительно, обнажаемые тела. Спорная идея (моя): Обнажение, редко требуемое непосредственно, дается как подсознательная отсылка к обнажению секвенции событий, с доведением ее до скелетного списка. Начиная с "Pillow Book", Питер сам появляется на экране обнаженным; в этом фильме тоже - в одном из эпизодов, безымянным статистом. В этом поведении есть много похвального: Честность перед актерами, которых он безжалостно обнажает; честность перед зрителем, перед которым он обнажает гораздо больше, чем тело; честность перед своим искусством, которое требует максимального обнажения.

Продолжение следует.

Последний эпизод заканчивают персонажи, временно "ответственные за судьбу Лупера". Они решают: Надо избавится от этого монстра (маячит волчья голова - Лупер созвучен Le Loup, волк), запихав его в русский железнодорожный роман. На этом возникает назойливое изображение, настраивающее на Анну Каренину и - титры.

*

В заключение несгибаемый Питер доводит до нервного истощения еще одной часовой лекцией, замаскированной под ответы на вопросы. Он говорит:

Кино возникло трудами Эйзенштейна в сознании европейцев и Гриффита в сознании американцев.
Доведено до ума Ф.Феллини в Европе, Орсоном Уэллсом в Штатах.
Его разрушителями стали в Европе - Годар, в Америке Касаветес.
Могильщики: "молодые" немцы: Вендерс, Фасбиндер, Гёц.

Mечта - избавить зрителя от четырех тираний:
Тирании экрана (Проклятия в адрес прямоугольника-окна, в который традиционно заключен визуальный ряд)
Тирании камеры ("Я всегда сажусь на место G-17. Это там, где стоит камера при сьемке").
Тирании актера ("Вряд ли кино стоит считать охотничьим ареалом Шарон Стоун").
Тирании места ("Мне легче увидеть малоизвестного Караваджо в забытом богом музее в Тоскане, чем "Касабланку" на большом экране).

Только 8% просмотров приходится на кинозалы. Это умирающая форма бытования кинопродукции. Надо приспосабливаться к новой - DVD.

Есть только две достойные темы: секс и смерть. Бальзак, что характерно, добавлял "деньги", но они сводятся к первым двум: Первым мы приобретаем их для того, чтобы отсрочить второе.

(Дальнейшее - добавление Милы Федоровой, у которой я попросил дополнить мои воспоминания)

благодаря новым мультимедийным средствам режиссер получает свободу художника, - (от "войны и мира" до легкости издания современного романа - Смешно, что возникла тема Войны и мира - потому что его проект - явная попытка того же самого, такой пост-пост), и это принципиально влияет даже не на жанр, а на род искусства.
Мне было особенно интересно про взаимоотношения с героем - Tulse Luper как alter ego, на которого можно свалить разлитое молоко (по поводу имени - не стал бы плодить Дэвидов или Майков)
Весь Luper-проект - одновременно и подведение итогов и выработка новой формы - интертекстуальность, аллюзии как на собственные фильмы, так и на весь мировой кинематограф, и на реальные жесты и ситуации, - история не только героя и мира, но киноискусства.

Category: Cтатьи на русском | Added by: kate-ksk (2006-08-31) | Author: Guez W
Views: 812 | Rating: 5.0/1
Total comments: 0
Only registered users can add comments.
[ Registration | Login ]
Search
Login in

Twitter
Hannibal (NBC)
Projects
TV-SERIES

Hannibal
Season 2: Feb. 28, 2014 on NBC
Role: Dr. Alana Bloom
IMDB | Official | Images

MOVIES


Mars et Avril
Release Date: october 2012
Role: Avril
IMDB | Official | Images

Goodbye World
Release Date: 2013
Role: Becky
IMDB | Official | Images
Categories
Cтатьи на русском [18]
Articles [29]
Affiliates
chat
200
Site info
Name: .:Caroline Dhavernas Online:.
Since: june 2006
Webmiss: Kate-ksk (Nomy)
Hosted By: uCoz
Contact: E-mail
.:Caroline Dhavernas Online:. is an unofficial fansite. We have no contact with Caroline, her friends, family, representatives, etc. This site is made by fans for the fans. All images in the gallery belong to their respectful owners and no copyright infringement is intended. All content and graphics are copyrighted to CDO unless otherwise noted.
Site Stats

Total online: 1
Guests: 1
Users: 0